Нефть и газ увеличили долю в российских налогах

Добывающий сектор в 2017 году стал драйвером наполнения консолидированного бюджета России, роль сырьевого сектора в налоговых поступлениях возросла, следует из соответствующей отчетности ФНС по видам экономической деятельности на 1 января 2018 года (есть у РБК).

В прошлом году отрасль добычи полезных ископаемых (уголь, нефть, газ, металлические руды и т.д.) обеспечила 29,2% налоговых доходов консолидированного бюджета (федеральный бюджет плюс региональные и местные бюджеты), а годом ранее — 26,5% ( см. инфографику ). В общей сумме прироста налоговых поступлений (2,8 трлн руб.) более 40% пришлось на увеличение сборов по налогу на добычу полезных ископаемых (НДПИ).

Нефтяные цены решают

Согласно данным ФНС, поступления по статье «Добыча полезных ископаемых» выросли в 2017 году на 32%, до 5 трлн руб. «Доминируют в этом приросте сборы по НДПИ, вызванные ростом средних нефтяных цен на 25% за год при укреплении рубля на 15% и малом росте физических объемов добычи», — отмечает эксперт группы исследований и прогнозирования АКРА Дмитрий Куликов.

В том числе поступления налогов от добычи нефти и газа выросли на 50%, до 4,6 трлн руб. Власти в прошлом году продолжили бюджетный маневр, выражающийся в постепенной отмене экспортной пошлины в обмен на рост ставок НДПИ. При этом динамика экспорта и добычи сырой нефти несильно изменилась в сравнении с 2016 годом. По данным Минэнерго, экспорт составил 256,9 млн т (+6% к 2016 году), а добыча — 546,7 млн т (-0,2%).

Основной вклад в динамику нефтегазовых доходов внес рост цен на нефть Urals, говорит заведующий лабораторией бюджетной политики Института Гайдара Сергей Белев. «Курс доллара не прореагировал на изменение цены на нефть из-за политики Минфина, направленной на увеличение валютных резервов. В результате фактическая рублевая ставка по НДПИ в среднем составила в 2017 году более 7,8 тыс. руб. за тонну нефти, в то время как в 2016 году она в среднем была чуть более 3 тыс. руб.», — отмечает эксперт.

Добывающий сектор был драйвером не только налоговых доходов, но и вообще деловой активности в промышленности, считает Куликов. «Металлурги хорошо себя чувствовали также в связи с ростом мировых цен, который в свою очередь был связан с реальными ограничениями производства в Китае. У энергетиков прирост налоговых платежей также связан с завершением программы договоров на поставку мощности (ДПМ) и соответствующим ростом прибыли», — отмечает он.

Законодательные меры

Еще одним фактором, оказавшим влияние на рост поступлений 2017 года, стал временный запрет для налогоплательщиков в полной мере засчитывать убыток прошлых лет при исчислении налоговой базы: с 2016 по 2020 год в Налоговом кодексе действует поправка, в соответствии с которой база по налогу на прибыль не может быть уменьшена более чем на 50% за счет накопленных убытков.

«С учетом того что прошлые годы были отмечены проблемами с финансовыми результатами у предприятий, а в последние годы доля убыточных организаций снижается (с пиковых 33% в 2014 году до 28%, по предварительным данным Росстата за первые 11 месяцев 2017 года), эта мера позволила не допустить снижения налоговой базы в 2017 году», — считает Белев. Как писал ранее РБК, в 2017 году регионам удалось собрать с компаний на 248 млрд руб. больше по налогу на прибыль, в том числе благодаря временному ограничению переноса убытков прошлых лет.

Логично, что основной прирост поступлений от налога на прибыль произошел как раз в отраслях с большим уровнем конкуренции, где организациям приходится существовать с меньшей рентабельностью, отмечает Белев. «Сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство, а также сфера услуг дали от 20 до 50% прироста поступлений по налогу на прибыль в реальном выражении», — говорит он.

Налог на прибыль в секторе обрабатывающих производств принес 605 млрд руб. в консолидированный бюджет — на 15% больше, чем годом ранее. А с отрасли оптовой и розничной торговли, включая ремонт автомобилей, по налогу на прибыль удалось собрать 620,5 млрд руб. — прирост на 29%.

Динамика поступлений от обрабатывающей отрасли по большей части обусловлена именно ограничением на вычет убытков из налоговой базы, говорит Куликов. Кроме того, металлургия «на 90% выбилась за счет хорошей конъюнктуры, а рост сборов выше среднего от производства пищевых и табачных продуктов был обусловлен отчасти действующими контрсанкциями», считает эксперт.

В целом налоговые доходы от оптовой и розничной торговли выросли на 15,5%, до 1,84 трлн руб., от финансово-страхового сектора — на 11,7%, до 927 млрд руб. Увеличение поступлений от торговли было обусловлено в большей степени оптовой составляющей, считает Куликов. Розница, говорит он, все еще была в подавленном состоянии: «Несмотря на оживление кредитования, базовая динамика по доходам населения еще была явно в депрессивном состоянии».

Недвижимость отстает

Слабую динамику относительно среднего прироста продемонстрировали секторы, связанные с госуправлением (+6,3%), что, вероятно, связано с консолидацией бюджетов, считает Куликов. В таком же положении находятся сектора инвестиционного спроса — строительство (+3%) и операции с недвижимостью, которые, по словам эксперта, более волатильны и могут пребывать в подавленном состоянии после рецессии.

Операции с недвижимым имуществом принесли бюджетам 503 млрд руб. налогов — номинально в три раза меньше, чем по той же строке в 2016 году (1,6 трлн руб.). Но, скорее всего, эти данные напрямую сопоставлять нельзя: дело в том, что с 2017 года ФНС перешла на новые классификаторы видов экономической деятельности ОКВЭД-2, в результате чего между отраслями произошла перегруппировка.

Например, если в статистике 2016 года выделялась базовая отрасль «Транспорт и связь», то теперь речь идет о двух базовых отраслях — «Транспортировка и хранение» и «Информация и связь». Аналогично сектор «Производство и распределение электроэнергии, газа и воды» разделился на два — один, связанный с электричеством, паром и газом, и второй, связанный с водоснабжением и утилизацией отходов.

Копалкина Екатерина

Источник: РБК